КАРАНТИН. Продолжение

Elysium-Concept-Art-14

Я очнулся в большом помещении, взгляда не хватало, чтобы увидеть, где его границы. Сверху бил яркий, неживой свет. Я был привязан к койке, нет, мои руки и ноги были заключены в идеально отполированные белоснежные тиски из какого-то сплава. Я был не один: справа от меня, слева, вокруг стояли такие же койки, как моя, в них покоились странные, обездвиженные тела. Где-то виделись гипертрофированные руки, где-то тело было по-настоящему гигантским, где-то лежали безголовые… люди? Не знаю. Голова не была закреплена, поэтому, приходя в себя, я вертел ей все больше и больше. От этого места веяло неминуемым концом, финишем, так что хотелось убраться отсюда как можно быстрее. Проклятье, ноги тоже закреплены.

Дергаясь, я создавал шум и вскоре я услышал приближающиеся шаги. Я барахтался в койке, а ко мне шли. Я пытался увидеть тех, кто приближался ко мне, но я никого не видел за грудой тел. Вдруг чья-то рука схватила меня за макушку (тут я понял, что меня обрили налысо), стараясь сдерживать меня, вторая рука заткнула рот мягким шариком. Я истошно заорал и стал дергаться еще сильнее. Краем глаза я увидел настоящую мерзость: перед моей койкой, между моих ног стоял, стояло, черт, смотрело на меня существо, чья голова почти полностью состояла из одного глаза, который следил за моими движениями. В следующую секунду раздался жуткий скрежет и правая рука стало свободнее двигаться: я продолжил биться с тисками и сумел освободить руку полностью. Я тут же схватил стоящего у изголовья ублюдка и потянул на себя, но к моему удивлению, я швырнул его далеко вперед. Разодрав вторые тиски, я освободил вторую руку , а вскоре уже стоял на холодном полу комнаты. Глаз куда-то исчез. Твою мать.

Паника почти сразу прошла, когда я получил контроль над своим телом. Чтобы сориентироваться, я покричал вдоль больничных рядов, в четыре разные стороны. Наиболее явное эхо указало мне ближайшую стену. Я побежал к стене и очень быстро уперся в бетон. Я пошел вдоль границы комнаты, как вдруг рядом раздался шепот: «Сопротивление бесполезно. Сейчас же остановись. Сопротивление бесполезно.» Я развернулся на звук и полоснул воздух пустой ладонью. И только сейчас я заметил, что вдоль руки с тыльной стороны прикреплены какие-то железки. На ногах тоже самое. Сочленения деталей были в тех же местах, где и родные суставы. Экзоскелет. Теперь ясно, как я умудрился разломать тиски и кинуть похитителя так далеко. Неясно только, на кой черт им делать меня таким опасным? «Нам был нужен охотник. Но тебе привычнее роль жертвы, даже сейчас», — снова раздался голос.

— Эй! Мистер умник! Выходи сюда, сыкло! Это ведь ты – Глаз, да?

Эхо было мне ответом. Делать нечего, надо выбираться отсюда. Я дошел до угла комнаты и пошел вдоль второй стены, как услышал рядом: «Жертва». И тут же шум открывающихся замков. Некоторые койки открыли засовы, а только что лежавшие в них уже ловко ступали по полу комнаты. Шли они, разумеется, ко мне. Я побежал. Не от ужаса, а ради смены поля боя. Драться на их территории – сразу проигрыш и потеря кишок вместе с головой. Железки позволяли бежать огромными прыжками, я быстро уходил от погони, которая становилась все более численной. Добежав до конца второй стены, я побежал вдоль уже третьей стены, жутко злясь на архитекторов этого адского бункера. Толпа уродов бежала за мной, снося каталки и громко рыча. Ненавижу их. Несмотря на внезапно открывшийся бонус в виде железок, выносливость у меня осталась прежняя и я начинал уставать. Я добежал до третьего угла и уже сам зарычал. Пришлось бежать далее. Между тем толпа уже занимала почти все помещение, уроды громоздились друг на друга, падали и снова бросались в живой клубок. Дышать все тяжелее, надо что-то придумать. Что если двери нет и в четвертой стене? Неужто конец? Да ну нахер.

Двери не оказалось. Осознавая это, я приостановился, а затем развернулся и заорал, как загнанный зверь. Крик превращался в рев и казалось, что мой голос рушит надвигающийся клубок. На самом деле твари рассредоточивались. И тут я пошел в наступление. Я схватил каталку и швырнул ее в ближайших врагов. Затем огромными прыжками я поскакал прямо в клубок, который еще был достаточно большой. Я громко ухнул и запрыгнул на этот живой шар, стараясь забраться как можно выше. Я лез к свету, который бил из потолка: если в стенах нет прохода, значит, выход может быть там же, где источник света. Меня пытались кусать, царапать, но все тщетно: я всегда был слишком быстр, даже любовь к Варкрафту не сказалась на моей форме.

Наверху было так ярко, что я почти не открывал глаз. Практически наугад я сделал последний прыжок, оттолкнувшись от крупной рогатой головы.

Я пробил что-то хрупкое. Словно тонкий китайский фарфор. Звон материала был подобен музыке. Или я выдумал эти звуки?

Наваждение прошло вместе с приземлением. Скрипя железками, трудно поднялся и понял, что нахожусь словно внутри огромного искусственного глаза. Рядом зияла дыра, в которой виднелся медленно разваливающийся клубок тел, словно кто-то отключал питание этих гадов. Центральной осью «глаза» был многожильный осветительный прибор, на конце которого и стояли лампы (?), освещающие бункер. Я стал карабкаться вверх, вскоре оказавшись в темной трубе. Я продолжал карабкаться, покуда не услышал звуки старинной музыки. Она звучала приглушенно, где-то за стеной. Прислушавшись к источнику звука, я начал бить в стену, кроша костяшки. Экзоскелет осатанело визжал от такой нагрузки, но стена поддавалась. Чем больше было отверстие, тем больше было мое удивление: моему взору открывалась обычная человеческая комната. Хотя скорее необычная – она была оформлена в американском стиле начала 20 века. Оказавшись внутри, я увидел лестницу на второй этаж и проход в библиотеку. У лестницы стоял патефон, из которого доносился какой-то регтайм.

— Эй, говно! Ты здесь? – крикнул я наверх.

«Говно» не заставило себя ждать. Из библиотеки вышел Глаз, чье человеческое тело было облачено в классический костюм, в руке он держал трость. «Что ты хочешь знать, жертва?» — услышал я в своей голове. Глаз общался посредством мыслей. «Я хочу выпотрошить тебя, гнида, вот все, что мне надо знать». «Ты испуган, именно это мы и предполагали. У тебя есть вопросы? Если нет, то прошу оставить меня.» Тут я не выдержал и в один прыжок очутился рядом с Глазом.

— Последнее слово? – спросил я.

«Нам был нужен охотник. Мы делали много экспериментов над людьми, но самым интересным было бы изменить расклад сил. Чтобы человек перестал убегать, но начал догонять. Ты был лучшей кандидатурой, мы дали тебе силу, но ты плюнул нам в лицо, как и эти неблагодарные старики», — рядом со мной загорелся голографический экран с оперативной съемкой. На экране отец моей супруги был схвачен по рукам и ногам, в то время как на полу его жену разделывали хирурги. Рядом с отцом появился Глаз. Отец рванулся к нему и укусил глазное яблоко. Далее я не смотрел: я повалил чудовище на пол и брызгая слюной, вдавливал пальцы обеих рук в испуганный зрачок, кровь лилась по ступеням. Когда рука ушла по запястье в мякоть, на кровь фонтаном брызнула мне в лицо, одной рукой я бросился протирать глаза. Проморгавшись, я осознал нечто ужасное. Я сидел на отце своей некогда погибшей супруги. Одна рука глубоко увязла в его черепе. У меня перехватило дыхание. Я огляделся. Рядом, на полу, лежала супруга во вспоротым брюхом. Как это могло случиться? Я не мог сделать такое, нет. Не мог. Я быстро отполз от трупов, забился в угол и тихо зарыдал.

Прошло какое-то время. Я выбрался из угла и забрался на крышу мансарды торгового центра.

Я стоял на крыше и слезы мои капали на сухой бетон. К чему была вся моя борьба за жизнь? Я видел лишь верхушку айсберга и представлял, как на самом деле чудовищно велико то зло, которым стал весь мир. А я лишь букашка в броне.

 

Никита Пушкарский. Саратов, 03.12.2013

Оставить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.